Иски, Атамбаев и будущее «Занозы». Интервью с главным редактором издания Диной Масловой

Четверг Июль 13th, 2017

Рубрика: Аналитика

Версия для печати

19893910_1671862089491252_357192830_o

Дина Маслова — главный редактор интернет-издания «Заноза», против которого власти Кыргызстана подали иски о защите чести и достоинства президента Алмазбека Атамбаева. В общей сложности издание должно выплатить президенту 24 млн сомов. Kloop.kg поговорил с Масловой об исках, Атамбаеве и перспективах «Занозы».

Примечание: это интервью — выдержки из разговора главного редактора Kloop.kg Эльдияра Арыкбаева с Масловой, который состоялся в конце мая, за месяц до судебных процессов над изданием «Заноза». В день публикации (11 июля) оно было дополнено комментариями Масловой.

Эльдияр Арыкбаев, Kloop.kg: Мне интересно, что происходит в голове у человека, против которого многомиллионные иски подал президент. И не только против него самого, но и против его издания и коллег, с которыми он работает.

Дина Маслова: Что я чувствую? По идее я должна сидеть, быть убитой и чувствовать, какой кошмар происходит. Честно говоря, хочется соврать, что я в отчаянии. Но это не так.

Первое: в журналистике, особенно политической, и медиа-менеджменте нужно руководствоваться принципом «назвался груздем, полезай в кузов». Надо понимать риски, поэтому я вообще редко пишу какие-то там [посты]. Мне в соцсетях несвойственна истеричность, я очень редко пишу комментарии на эту тему, потому что… ну, такая у нас среда, со всеми её минусами и плюсами.

Понимаете, если бы иск был на 200 тысяч сомов, то меня бы это беспокоило больше. Тогда я бы думала: где достать деньги, часть сотрудников не получат зарплату, я могу вовремя не заплатить налоги, и это меня бы беспокоило. А когда иски в совокупности на 27 млн сомов… для меня это просто абсурдная сумма. У меня и миллиона нет, а 27 — и подавно, и я сомневаюсь, что они когда-либо будут.

Надо понимать, что медиа, тем более в нашей стране — это низкооплачиваемая профессия и низкодоходный бизнес. Это такие средние медиа. Я не говорю о холдинге «Вечерний Бишкек» или о «Супер-Инфо». Браво учредителям, которые смогли сделать высокодоходный бизнес из этого.

Я начинающий человек в этом плане. У меня не было стартового капитала, чтобы что-то начинать. Целый год мы жили на подножном корму, я жила в долг, у меня были просто огромные личные долги перед моими друзьями. В течение года мы уже раскрутились, и начало хватать на зарплату. А так у нас не было даже уборщицы, мы сами все убирали и туалетную бумагу покупали.

Когда это абсурдно и нереально, то чего из-за этого переживать? Я не вижу смысла.

Э.А., Kloop.kg: В какой момент эти 27 млн сомов в суммарной сложности перестали вас нервировать?

Дина Маслова: С первого иска. Уже изначально сумма была абсурдной.

Когда мы создавали «Занозу», мы предполагали, что ближе к президентским выборам начнется давление. Мы ожидали, что, скорее всего, будут какие-то судебные процессы, могут быть угрозы. То есть психологически за год я была морально готова, что в выборный год что-то начнется. И не прогадала, все началось. В этом плане мы были морально подготовлены.

Э.А., Kloop.kg: А какая все-таки была первая реакция на иск? Если я не ошибаюсь, это было в начале марта.

Дина Маслова: Да, 6 марта было подано сразу два иска. Я сразу это связала с гонениями на «ата-мекеновцев» — мы выяснили, что иски связаны с новостью, где был комментарий Омурбека Текебаева, который вообще ни о чем.

Второй иск был о пресс-конференции юристов Текебаева. То есть мы поняли, что эти [события] связали, и я начала подозревать, что власти думают, что мы как-то с Текебаевым аффилированы, а это совершенно неверно.

Я думаю, что все политики в этой стране понимают, что они мне одинаково неприятны. Неважно, кто и где сидит. И лично я всегда откровенно говорю в лицо, что я терпеть не могу политиков. Всех. И Текебаев тоже про это знает. То есть упрекать меня в аффилированности…

[Но] я понимаю, почему на седьмом и на других этажах Белого дома так интерпретируют. Как мне кажется, там сдвинуто восприятие реальности, поэтому любая новость интерпретируется совершенно иначе. Это очень забавно.

Не прекращается стереотип, что я могу быть связана с Бакиевыми. (Маслова работала в секретариате президента Бакиева в 2009-2010 годах — прим. ред). А я вообще не уверена, что они [Бакиевы] знают о моём существовании или помнят, потому что я была низшим звеном в этой большой иерархии. К ним не была вхожа в кабинет, и вообще занималась госпрограммой по финансовой грамотности населения, что к политическим вопросам не имело никакого отношения.

Но там [в Белом доме — прим. редакции] меня связывают. И ближний круг президента знает, что у меня нет никаких связей ни с Текебаевым, ни с какими-то политиками, ни с Бакиевыми, но им выгодно создавать эти слухи, в том числе доносить их до президента.

[А самого Атамбаева] я лично в глаза никогда не видела. Я никогда не освещала его мероприятия, никогда ему руку не пожимала. У него не может быть обо мне никакого мнения, кроме того, о котором ему рассказали. Но до меня доходит информация, что я ему лично неприятна. Для меня это странно.

Э.А., Kloop.kg: Вот вы говорите, что Атамбаев вас в глаза не видел, но уже у него появился какой-то образ ваш. А вы с ним встретиться не хотели бы?

Дина Маслова: Ну, это была бы интересная встреча, но желания встречаться с политиками у меня не было почти никогда, то есть если только нужда не заставит. Раньше были редакционные задания, а сейчас вот…

Э.А., Kloop.kg: Сейчас есть иски от первого политика — президента.

Дина Маслова: Знаете, я такой человек, вот если со мной не хотят встретиться, если человеку не надо, то мне и подавно это не надо. Я просто не уверена, что встреча имеет смысл, когда можно на что-то повлиять, я не считаю, что наша встреча может повлиять на судебный процесс. У аппарата есть предубеждения и аппарат хочет закрыть сайт — то есть это ни к чему не приведет.

Э.А., Kloop.kg: Иногда складывается ощущение, что каждый ждет первого шага, когда другой пойдет на встречу и начнет диалог — может, президент ждет, когда вы с ними пойдете на контакт?

Дина Маслова: Когда на нас постоянно подают иски и когда необъективно проводятся судебные процессы, я не вижу, что та сторона хочет вообще шага. У меня создалось впечатление, что у них четкая цель все закрыть — и все, без шага. Ну, может, из вежливости они скажут: «Мы ждем шага», а в глубине души я чувствую, что никаких шагов они от нас не хотят и сами делать не собираются.

Я понимаю, что Белый дом не хочет, чтобы что-то писал Нарын Айыпович, я не могу на это повлиять. И, возможно, Белый дом не хочет, чтобы наш сайт вообще существовал. А я хочу, чтобы он существовал, потому что это мой хлеб. Это моя работа, у меня нет других работ. То есть не могу соблюсти ни одно их хотение.

Вообще, если изначально хотели бы сделать шаг, тогда бы позвонили и сказали: «Маслова, давай встретимся?» Может быть, возникло бы какое-то обсуждение, а тут сразу — я сижу на работе, мне звонят… Я сейчас не верю, что кто-то хочет какой-то шаг. Ну сам президент выступает же, да? Видно, что он зол и он уже распланировал, куда эти деньги готов потратить (смеется). Для меня это тоже сигнал, что Белый дом не хочет мирного урегулирования.

Э.А., Kloop.kg: Иногда у меня складывается впечатление, что все-таки основным раздражителем является Нарын Айып, нежели вы и «Заноза».

Дина Маслова: Окей, как я могу на него повлиять? Первое — он соучредитель, мы с ним на равных, второе — он президент фонда. И? Он такой же владелец «Занозы», как и я, и у него есть свои жизненные принципы, ему 64 года, люди не меняются.

Я считаю, что он “Watchdog” — я считаю, что в стране должен быть хоть один такой. Вот я ему скажу: «Не пишите!», а он мне скажет: «С чего это?». Он готов пожертвовать всем для того, чтобы свободно излагать свое мнение. Ну да, я понимаю, что главный раздражитель — это Нарын Айып. Но я уважаю его принципы, то есть я не собираюсь… я его спрашиваю: «Повлияют ли эти иски на то, как вы там будете писать?», он сказал: «Нет».

Э.А., Kloop.kg: Все-таки, начали бы вы со своей стороны какие-то переговоры с администрацией о регулировании всех этих конфликтов, и если да, то каким образом?

Дина Маслова: Я хотела бы начать, но у меня есть позиции, от которых я не могу отступиться. Если мои позиции и их позиции принципиальны по одному и тому же вопросу, то мирного урегулирования не выйдет.

Э.А., Kloop.kg: А что за позиция?

Дина Маслова: [Позиция администрации] — закрыть сайт и чтобы Нарын Айыпович не писал.

Если власть настроена категорично по поводу этих двух пунктов, то мирного урегулирования не получится. Если они готовы вести переговоры по какой-то другой части, мне бы хотелось узнать, что они хотят, потому что я не знаю.

Я же не могу не работать: меня никто не кормит, мужа нет, спонсоров нет, политики меня не кормят, я вообще не хочу с ними сотрудничать, только в рамках предвыборной кампании.

Вообще, метод переговоров… я была на тренинге Игоря Рызова и брала у него интервью, и он сказал интересную мысль о стиле переговоров, что на западе стиль переговоров “Win/Win”. Я считаю, что “Win/Win” — это нормально, но в постсоветском пространстве так историко-культурные ценности сложились, что при ведении переговоров все пытаются кого-то подавить, стиль переговоров — борьба. Поэтому всегда западу очень сложно вести переговоры, то есть они говорят “Win/Win”, а те говорят: «Нет», более категоричны.

Стратегия “WIn/Win” так называется потому, что все остаются в выигрыше, что-то теряют, но компромисс есть. Компромисс не может быть такой, что все требования будут соблюдены, а я сижу без работы, ребенка кормить нечем, таким образом меня в угол загоняют.

Э.А., Kloop.kg: Как вы себе представляете “Win/Win” в этой ситуации?

Дина Маслова: С меня отзывают иски.

Э.А., Kloop.kg: А в чем будет “Win” со стороны администрации?

Дина Маслова: “Win” со стороны администрации вообще большой — репутационные плюсы, на заявление об отзыве иска «Азаттыку» власть заработала репутационные бонусы. Потому что международные организации сказали: «Это хорошо». И многие НПО это поддержали, а потом это всё ложится в те же отчеты, и в те же рейтинги на следующие годы.

[Судебные иски против СМИ] негативно сказываются на репутации президента. Его стали чаще сравнивать с Бакиевым, при котором тоже были миллионные иски со стороны его родственников. Таким образом закрывали «Алиби» и еще какие-то газеты кыргызскоязычные. Был иск Жаныша Бакиева на один миллион. Был иск племянника Бакиева — не помню, про что. Помню, что было везде по одному миллиону сомов требований, и издания разорились. Но владельцам изданий это не помешало открыть новые.

Усиливается протестный потенциал, потому что все больше людей — вот, например, какие-то оппозиционные политики, которых я тоже сильно недолюбливаю — используют этот кейс, чтобы критиковать Атамбаева. Вот, мол, конец свободы слова, давление на СМИ, а преследуют свои политические интересы. И они эту историю тиражируют, и много кто предпочитает про это говорить. Вот это самое интервью, которое, может, будет опубликовано — я не считаю, что оно положительно скажется на имидже власти. НПО начинают много об этом говорить.

То есть на репутацию власти это точно сказывается негативно. И самое важное — это не решает проблему с оппонентами. Окей, меня не будет, но есть другие площадки — самое главное, что есть социальные сети, где весь негатив. У меня-то хоть есть какой-то редакционный фильтр, вроде «абсурдно», «совсем абсурдно» или «нормально» для инфоповода. Закроют одну площадку, а все остальное все равно останется.

Э.А., Kloop.kg: Мне интересен арест банковских счетов «Занозы». Что будет с изданием?

Дина Маслова: Что произошло за эти месяцы? Да, банковские счета арестовали. Но у нас не арестовывали кассу, и в течение трех месяцев мы продержались на этом. Зарплату за май я могу выплатить из кассы.

И в течение этого года мы тратили деньги [которые мы заработали на выборах в местные кенеши]. У нас маленькая команда. У нас невысокие зарплаты. С декабря по май нам хватило. Мы заработали чуть больше миллиона и заплатили с них налог на прибыль. Эта информация абсолютно открыта. К нам заходили четыре партии: «Республика — Ата-Журт», «Кыргызстан», «Демократ» и «Онугуу».

Э.А., Kloop.kg: Если говорить о перспективах, — сколько всего исков, пять? — то, как вы думаете, чем все это закончится? На что вы надеетесь?

Дина Маслова: Вообще, прогнозировать сложно. Мне кажется, что у всех там такие тараканы в голове.

Скорее всего, власти пытаются, наверное, как-то более радикализировать медиа, устраивая на них гонения. И это будет информационным поводом для правозащитников, политиков, международных организаций. Я не понимаю, зачем это властям. Это для их репутации невыгодно.

А нам невыгодно быстрое принятие решений, потому что все настолько озабочены выборами и попытками устранить оппонентов, что решение будет против нас. Там по именам судей понятно, какое будет решение. То есть это усложнит мне какие-то административные вопросы, а я не хочу этого. Хочу вот так сидеть вечером, курить кальян и не заниматься спасением редакции.

Э.А., Kloop.kg: Еще я хотел спросить про арест вашего имущества. Что и как?

Дина Маслова: Арестована квартира Нарына Айыпа, там живет он и его 87-летняя мама. Есть высокий риск, что он останется без жилья.

У меня ничего нету. Журналистика — низкооплачиваемая профессия. Как я могу накопить на квартиру? Есть банковский счет, но, сорри, там такие суммы — хватает на садик, на проезд, на еду, на себя и все. За счет этих денег я никогда не смогу заплатить иски.

Э.А., Kloop.kg: Хорошо. А иски наложили ограничения на повседневную жизнь?

Дина Маслова: Я думаю, что в ближайшем будущем могут наложить. Могут наложить в том плане, что, так как я сокращаю штат, на меня по работе ляжет больше нагрузки. Я буду работать по вечерам и по выходным.

Сейчас мне придется больше работать, чтобы успеть выполнить не только свои административные обязанности, но и обработать больше пресс-релизов, посмотреть, что пишут в других СМИ, взять комментарий, сбегать на интервью и создавать контент. Плюс я занимаюсь созданием Центральноазиатского аналитического портала kaktakto.com. Он скоро запустится.

Увеличилась нагрузка и у Нарына Айыповича: если раньше он занимался только своими блогами, то сейчас начинает работать над наполнением своего сайта. Он создал свой собственный фонд и сайт narynaiyp.com. Ему придется заниматься административными вопросами, искать рекламодателей, возможно, внештатных авторов, чтобы развивать свой сайт.

Э.А., Kloop.kg: Просто смотрите, мне интересно понять, какие перспективы у «Занозы»? Останется издание?

Дина Маслова: Издание — [то есть сама] команда — останется. Какая вывеска будет, Zanoza.kg или другой домен — неважно.

Вы же видите, что мы проработали до середины июля в прежнем формате, хотя в «ПроМедиа» [общественном фонде, учрежденном Масловой и Айыпом для управления «Занозой» — прим. ред] сотрудников уже не было.

Э.А., Kloop.kg: Но все равно это требует ваших сил, сил не только физических, но и эмоциональных, и моральных…

Дина Маслова: Да, я меньше времени с ребенком провожу. Меня это напрягает. Но я не буду сбавлять темп, потому что у нас годовые контракты с рекламодателями, у меня есть обязательства перед ними. Я не могу уронить аудиторию, не могу расформировать команду. Что я партнерам скажу? Это и моя репутация.

Э.А., Kloop.kg: Когда началась эта серия исков, это как-то повлияло на редакционную политику, на ваше отношение? Потому что я заметил некоторые изменения. Например, вы перестали указывать авторов.

Дина Маслова: Да, авторов мы перестали указывать. Потому что когда иски начались против персоналий, против Нарына Айыпа и против меня, стало понятно, что иски могут подавать против других сотрудников. Я не знаю, что там в голове у них. Мне хотелось сотрудников обезопасить, потому что журналистский материал проходит через редакторское сито и становится в итоге редакционным материалом.

Плюс мы меняем информационную политику. У нас выходило где-то больше 50 новостей в день. Я ожидаю, что [в будущем] будет выходить в два раза меньше. Мы не можем все-таки работать в прежнем режиме.

«Институт Медиа Полиси» провел нам мастер-класс по законам и этическим нормам. Мы, скажем так, стали больше задумываться об этических стандартах. На фоне других СМИ, я считаю, они у нас и так достаточно высокие. Но если взять международные стандарты, например, Би-би-си, то там, конечно, мы сильно уступаем в этом плане. Их хочется повысить. Самообразование журналистов — это тоже хорошо.

Ну вот в этом плане. [Но] самоцензуры у нас не возникло.

Э.А., Kloop.kg: Хорошо, это про редакционную политику. А [как повлияли иски] на вас лично? На поведение? На отношение к Атамбаеву, к его администрации?

Дина Маслова: Все говорят о его неадекватности, но я считаю, что это сильно преувеличено. Он решает вопросы нормально, хладнокровно. Видно, что где-то он человек эмоциональный, но не идиот, каким его пытаются многие выставить. Он в состоянии принимать решения, все он осознает.

Но я никогда к нему хорошо не относилась, как и ко всем остальным. Я не отношусь хорошо ни к депутатам, ни к Атамбаеву, ни к его администрации, ни к какому-либо министру. У нас неэффективный государственный аппарат. Я стала больше обращать внимание на его заявления. Раньше, в принципе, я их даже не читала, а теперь мне интересно, что он говорит. Это никак не влияет, просто мы в редакции это обсуждаем, кухонные разговоры.

Э.А., Kloop.kg: Когда Атамбаев комментировал иски к вам, в частности к Нарыну Айыпу, он говорил про «щедрых грантодателей» [«Занозы»]. Кто это такие?

Дина Маслова: На минуточку. Самый щедрый грантодатель — у нашего правительства. Хотя бы это можно проследить. Мы даже делали инфографику на эту тему — грантов и кредитов. Я очень завидую Минфину, что у него есть такие грантодатели…

Э.А., Kloop.kg: …щедрые?

Дина Маслова: Ага, щедрые. Даже взять тот же «Таза Коом». Планировалось попросить у доноров 20 млн долларов, а теперь — 50 млн. И все это гранты. Очень четко правительство сказало, что не собирается все это реализовывать за счет госбюджета, за счет того, что мы заработали. Мы хотим так, откуда-то подарочек получить. Поэтому я бы призвала посмотреть в зеркало и видеть бревно в глазу у себя, а не соломину у других.

Э.А., Kloop.kg: Так всё-таки, «щедрые грантодатели» есть?

Дина Маслова: У нас есть гранты, но они отнюдь не щедрые. Периодически в кыргызской прессе всплывает информация о том, сколько и от кого я получила миллионов. Помню, была информация про USAID, который не является нашим грантодателем. Но, оказывается, я от него получила или собираюсь получить 6-7 млн. Я не поленилась позвонить в посольство [США] и спросить, планируются ли вообще какие-то грантовые конкурсы, чтобы можно было получить хотя бы одну десятую этого? Выяснилось, что нет.

У нас гранты проектные. Например, грант на серию интервью о сильных женщинах. Вообще думаю, что никому плохо мы не сделали, а только пользу сделали этой серией интервью. У нас предстоит серия лонгридов о социальных вопросах — это такие большие аналитические статьи, не связанные с политикой. Мы работали с «Соросом» над проектом по видеоконтенту, и за счет этого гранта содержали операторов и журналистов. У нас закончился этот грант, и как-то так получилось.

В первый год нам было очень сложно получить гранты, потому что мы только создались и у нас не было грантовой истории. Многие доноры подозревали, что мы будем слишком политизированы, то есть они должны были увидеть, что мы не заточены. Так как мы все — бывшие сотрудники «Вечерки», я слышала от международных организаций про их опасения, что мы будем писать про «Вечерку» и про то, что её надо вернуть Александру Киму, о чем мы вообще не писали. [Поэтому] мы делаем ставку на рекламу.

Э.А., Kloop.kg: Хорошо, давайте представим такую ситуацию, когда вы сами в пиар-команде Атамбаева…

Дина Маслова: О боже. Я перекрестилась.

Э.А., Kloop.kg: Вот вы в пиар-команде Атамбаева, и есть две ситуации. Первая — когда вы уже начали судиться со СМИ, как сейчас это происходит. Вторая — когда СМИ начали публиковать информацию, что ваш начальник якобы связан с этим грузом, который был в этом упавшем самолете. Что бы вы сделали в каждой из этих ситуаций?

Дина Маслова: [По первой ситуации] правительство допустило напряжение в части распределения компенсаций, когда СМИ начали писать: «Вот он не платит, вообще непонятно, что происходит, непонятно, сколько будут платить». И вот это несколько месяцев муссировалось, такого точно нельзя было допускать. Это могло бы снять какой-то негатив.

[По второй ситуации] я буду до последнего убеждать руководство, что нужно отозвать иски, что нужно врагов своих держать ближе, нужно выстраивать коммуникации…нужно было доделать с 2010 года — выстраивать взаимодействия с медиа.

Э.А., Kloop.kg: Вы сказали: «Врагов держать ближе» и считаете Атамбаева…

Дина Маслова: Он так считает. И важно постоянно чиновникам напоминать о природе журналистики. Можно процитировать нескольких российских известных журналистов, про то, что журналист должен «драть» власть. Я перефразирую Познера, его цитату: «Журналист должен писать о проблемах, потому что обо всем хорошем расскажут все остальные. Эта наша природа: сантехники должны хорошо чинить кран, а учитель хорошо преподавать, а хирург должен хорошо проводить операцию, а мы должны хорошо писать о проблемах. И если нас слышат, а их не слышат, значит, госаппарат плохо работает, что он не может противостоять, а противостоять надо, не затыкая рты, а просто работая».

Можно просто быстрее давать информацию, можно давать много информации, там столько аккумулируется отчетов, и нет никакой визуализации, нет вообще нормальной обработки информации, просто можно так закидать медиа информацией, что даже не успеем переработать, что там происходит.

Э.А., Kloop.kg: Ну, я могу попробовать влезть в шкуру чиновника и сказать вам, что денег нет.

Дина Маслова: Не надо денег, это просто перераспределение функционала пресс-службы. Там столько народа работает, можно просто по-другому выстраивать процессы, как в пресс-службу попадает информация и как ее обрабатывают отделы. То есть взять какой-нибудь, например, законопроект — нужно же популярно, очень популярно объяснить, как карточками «Медузы», нафига нужны поправки, а не так. А мы слышим какие-то обрывки комментариев депутатов парламента, многие из которых сами ничего не читали, но мнения имеют. Я бы предложила провести мастер-класс для пресс-служб…

Э.А., Kloop.kg: …и ему самому?

Дина Маслова: И ему самому тоже.

Мастер-класс о том, как надо взаимодействовать со СМИ. Или предложила бы услуги зарубежных профессиональных тренеров в этой части, если он мне не доверяет — а команда его мне не доверяет.

[Вообще], я считаю, что они должны заниматься другими вопросами, у нас столько проблем. Что, у нас с преступностью все хорошо, у нас что, всю коррупцию победили, что, людям заняться нечем? У нас что, религиозного экстремизма нет, спецслужбам нечем заняться? Лучше направить силы туда, чем направлять силы Генпрокуратуры: там, наверное, сидит целое управление и сочиняет эти 20-страничные иски.

Я главный враг народа, что ли? По-моему, им есть чем заняться, чем следить, выезжаю я за границу или нет. Угроза национальной безопасности, конечно… кучу контрабанды пропускают, а я тут чем-то кому-то угрожаю. Это же вообще смешно. Можно сосредоточиться на чем-то другом, вот этого негативного фона не будет.

Источники: https://kloop.kg/blog/2017/07/11/iski-prezident-i-budushhee-zanozy-intervyu-s-glavnym-redaktorom-izdaniya-dinoj-maslovoj/